Category: юмор

Category was added automatically. Read all entries about "юмор".

Ржака!

Главный тренер «Ротора» Дмитрий Хохлов подал в суд на Facebook. Причина в том, что соцсеть блокирует любое упоминание его фамилии, считая его пренебрежительным прозвищем украинцев и оскорблением по национальному признаку.
- РБК -
Кого его? Упоминание, что ли?

(no subject)

…Это теперь ни черта не поймешь, где интеллигент, а где не очень. Всё так перепуталось. Давеча ехал на работу, выхожу из метро и, не доходя до подземного перехода, слышу – два “бутерброда” – с черными мишенями на груди и вполне откровенной надписью “Ликвидация фирм” - тихо прохаживаются и меж собой (клянусь, именно так) ласково беседуют: “Нет-нет, простите, сударь, а помните это, у Хайдеггера… фундаментальная онтология, ведь она… А у Кьеркегора, помилуйте!…Да-да, эстетика, этика и религия!… Нет-нет, всё же позвольте, позвольте с Вами не согласиться…” Позволил второй “бутерброд” или нет, я так и не узнал. Но за базар ихний отвечаю.

“ - Эта ваза, милый Филя, ионического стиля…
- Нет, Петруша, стиль дорийский слишком явно в ней сквозит…”

Это теперь. А когда-то был даже такой анекдот: В электричке, кажется, два интеллигента беседуют на разные темы. Напротив мужик, слушал-слушал, а потом говорит: Вот и у нас в деревне был аналогичный случай: корова пёрнула, и рога отвалились.
Потом даже присказка такая ходила – про “аналогичный случай”. Может, и сейчас где ходит.

Вот так же, похоже, и я. Ну, и что такого – невелик грех. Вон доктор Чехов говорил, что надо, мол, всю дорогу выдавливать из себя раба. Да ну его, раба этого. Его разве выдавишь, да и не у всех он есть. Жена вот даже когда-нибудь многотомный труд мечтает написать: “История российского рабства”. Материала у неё уже уйма, и каждый день отовсюду подвозят в неимоверных количествах… Да нет, не раба - сноба надо из себя выдавливать – вот кого. Только это посложнее будет.

Поэтому я с тем мужиком из анекдота солидарен. Симпатичен он мне, и всё тут. Будто родной.

Так вот. Аналогичный случай. А всего-то С. написал из своего тревожного в эти дни Стамбула, что турчанки-узницы гарема в своих потрясающе красивых шалях, ведомые куда-то несчастным мужем-многостаночником, с любопытством – с огромным любопытством даже – обозревают мир и мужиков в этом мире. Ну, и сразу вспомнилось.

Жена намедни спрашивала, что меня в Америке поразило, кроме фантастической красоты тамошней природы. Ничего, фактически – разве что одно: какого чёрта городские власти прекрасного города СС пригласили меня председательствовать (на пару с карликом-миллионером, якобы главарём местной наркомафии) на церемонии отправки в Южную Корею (не в Таиланд, Раф!) партии каких-то сверхсекретных боевых вертолетов, замотанных в белые тряпки то ли по соображениям секретности, то ли, чтобы не повредить при перевозке. Вероятно, выше чести просто больше не оказалось. После присвоения “почетного гражданина” и связанного с этим освобождения от налогов, сколь голубой, столь и недостижимой мечты каждого американца, власти встали в тупик – что же с ним ещё такое сделать?… Но это всё, вроде бы, Южная Корея, а мы – о женщинах в чадрах, паранджах, накидках неземной красы, хиджабах и т.д. А с ними на тот период вопрос так и остался неотвеченным. А вопрос такой: их совершенно неудержимое, гипертрофированное, порой едва ли не патологическое кокетство, когда без чадры, паранджи, хиджаба и т.д. – это по-настоящему, или как? Или это, выражаясь языком современных “бутербродов”, сублимация, прости господи? Очень даже серьезно занимал меня этот вопрос в Южной А., где за несколько лет не упало ни капли дождя!

А дело бывало так. На работу в кратер вулкана какое-то время (пока из Германии не пришла запчасть для сломавшегося лимузина) мы ездили в мини-вэне, и по дороге любезно соглашались забирать из мест постоянного проживания юных дев-серетарш, ужасно симпатичных и причудливо разукрашенных хной. Тротуар в Старом городе был шириной меньше метра. Когда мы подъезжали к её двери, та распахивалась, на пороге возникала смешливая белозубая деваха без чадры, паранджи, хиджаба, вуали с прорезями для глаз, как в б. Хадрамаутском царстве, в мини-юбке или предельно коротком платье. До двери вэна надо было сделать один единственный шаг. В то мгновение, когда девчонка оказывалась на улице, она моментально заматывалась от разукрашенных пяток до макушки в чёрные тряпки, но через буквально секунду, может, меньше, запрыгнув в автобус, всю эту хламиду вместе с чадрой, паранджой, хиджабом и т.д. с себя срывала и начинала неудержимо кокетничать. Такая же штука повторялась и у двери канцелярии премьера, и у резиденции президента, и т.д. На улице скукожится, голову в плечи… а в помещении… мама дорогая!

- Чего-то ассоциация у тебя какая-то хилая, будто рифма слабая, хромает. На одну ногу точно, - критикует жена (она то и дело вскакивает из-за своего ноутбука и туда-сюда шныряет, будто по делу или надобности какой, а сама через моё правое плечо левым глазом косит, заглядывает), - может, ты слишком часто об этом думаешь? Или, может, как тот солдат из неприличного анекдота, а? Ну тот, который всегда…

Неправда это, поклёп. Просто башка дурацкая так устроена.