?

Log in

No account? Create an account

НЕВНЯТНЫЙ · ХРЕНЬ


Поп-профессор кислых щей разродился ещё одним опусом на…

Recent Entries · Archive · Friends · Profile

* * *
Поп-профессор кислых щей разродился ещё одним опусом на небезразличную мне тему. Целиком и по отдельности согласен со знакомой, что:
Следуя содержательной логике, эту книгу надо было назвать «Некоторые заметки об интернет-жаргоне», но в силу любви автора все свои наблюдения оформлять как тенденции она называется «Самоучитель Олбанского» – именно так, на обложке и первой странице с прописной буквы, причём «Олбанский» – это не фамилия автора, как можно подумать, а условное название жаргона. Лишь в выходных данных название написано правильно. Думаете, случайная небрежность? Нет, тенденция. Сейчас вы это увидите.

Профессор РГГУ Максим Кронгауз признаёт, что книгу об интернет-жаргоне собирался написать давно, и за время сборов многие явления стали затухающими. Но не пропадать же материалу: со статей и конспектов, даже и неактуальных, стряхнули пыль и вставили в книгу, призванную рассказать о современных языковых изменениях.

Чувствуя уязвимость, Кронгауз заранее обороняется сразу на двух рубежах: «Одни скажут: «Нашёл о чём писать. Дураков нет, все всё давно знают». А другие скажут: «Ерунда, да ещё и никому не известная. Ведь сколько в языке более важного и достойного». Так вот сразу отвечу критикам с обеих сторон, что пишу я не об одном-двух словах, а о тенденции или приёме: об игровом механизме образования новых слов». Оборона эта ложная. Недостаток книги Кронгауза вовсе не в том, что он пишет о неважном, которое и так все знают. Нет, он пишет об интересном и довольно важном – но делает это тенденциозно и некорректно.

Так, он обстоятельно рассуждает о трениях между различными сайтами «падонков» (большинство из них либо прекратили существование, либо впали в ничтожество), посвящает целую главу играм с цифрами в английском языке (в русском ей соответствует буквально полтора примера), но лишь мельком упоминает о сетевом этикете, который нынче тоже, скорее, мёртв, чем жив, но когда-то действительно обусловливал системные явления в интернет-жаргоне, которые вроде бы должны быть интересны лингвисту.

Складывается впечатление, что профессор, занятый английской языковой игрой, в принципе лучше разбирается в иноязычных корнях интернет-жаргона, нежели в «домашних». Когда пишет о намеренно неправильном переводе слова epic как эпический – забывает упомянуть, что «эпический» давно существует в русском языке (эпический размах) и новым является только его употребление в ироническом ключе (недаром синонимом к нему в Интернете служит слово «былинный»). Когда уверяет, что выражения «до связи» и «на связи» не могли появиться до эпохи мобильных телефонов и Интернета, а если могли, то разве только у профессиональных связистов, – забывает, что глагол «связаться» в значении «вступить в контакт» бытовал в русском языке задолго до Интернета и отнюдь не только у связистов. Когда пишет о происхождении жаргонизма «няшка» из японского аниме и рассуждает о причинах его популярности – напрочь забывает, что у нас в «детском языке» тоже есть междометие «ня» или «ння» (а также своеобразное существительное «нняка»), которое как раз обозначает нечто нравящееся ребёнку или то, чем соблазняют его родители. Он всерьёз советует ввести в словарь жаргонизм «ник» на том основании, что нет русского слова, которым его можно заменить. Кто-то обречён принять это на веру, однако, проведя несколько лет на интернет-форумах, я знаю, что в естественной среде обитания «ник» легко заменяется «псевдонимом».

Несчастный русский язык, ему всё время достаётся от Кронгауза: профессор не находит в нём того и этого, уверяет, будто по-русски нельзя сказать так и этак... Вот русские словари порицаются за то, что мы не торопимся ввести в них некое интернациональное сетевое восклицание, а между тем французы аж в 2012 году это сделали, потому что они объективнее и вообще молодцы, до которых нам далеко. Если вспомнить, что в прежней своей книге Кронгауз как раз не рекомендовал в борьбе за чистоту русского языка следовать примеру французов, которые свой язык активно защищают, можно подивиться тому, как избирательно он призывает учиться у французов.

Непоследовательность, начиная с неряшливости в заглавии, – удручающая особенность и новой книги Кронгауза. Вот он внятно рассказывает, почему слово «интернет» следует писать со строчной буквы, – и тут же добавляет, что «Рунет» (русский интернет) – другой случай, здесь правильнее прописная буква, но во имя последовательности, ладно уж, будем писать его со строчной тоже… Но ведь ты лингвист, ты участвуешь в формировании нормы, которая устанавливается прямо сейчас, – так будь не декларативно, а истинно последователен: пиши так, как правильнее! Ведь это слово останется, оно уже есть в словаре (здесь плохой русский словарь оказался на удивление не таким плохим), оно важнее, чем убогонький креатив, плоды которого уже никому не памятны… Ещё один образцово сумбурный вывод профессора: «Противником падонков было не единое движение, а в разной степени агрессивная борьба с безграмотностью. Именно на этой почве возникла игровая контркультурная антиграмотность падонков». Кто на ком стоял? Борьба с безграмотностью (агрессивная, вы подумайте!) началась из-за участившейся порчи правописания – или порча орфографии началась из-за борьбы с безграмотностью?

Увлёкшись неграмотностью, которая для интернет-жаргона возможна, но не обязательна (недаром этот креатив затухает, а хлёсткие жаргонные фразочки употребительны и в нормальном написании), Кронгауз оправдывает игнорирование грамматических правил в Интернете тем, что иначе малограмотные люди стыдились бы писать и молчали. Он забывает, что и до Интернета люди переступали свою стыдливость, когда писали, например, в редакции СМИ о том, что их волновало. Письма, в том числе и малограмотные, приходили мешками.

Занимателен излюбленный исследовательский метод Кронгауза. Когда к профессору обратились за тем, чтобы он прокомментировал введение в словари слова «блог», он решил показать изумлённой общественности, что блог не просто существует в русском языке, но преобладает над привычными русскими словами. Он взял для сравнения несколько слов и с энтузиазмом вбил в поисковик «Гугл». И оказалось, что для «воробья» счёт идёт на сотни тысяч, а для «блога» – аж на миллионы. Что и требовалось доказать. Разумеется, если бы Кронгауз взялся измерять употребительность слов русского языка, например, по детским рассказам о животных, ему пришлось бы сделать вывод, что «блога» в русском языке вообще нет. Демонстрируя частотность интернет-слова именно в Интернете, он действовал заведомо беспроигрышно. Но главное даже не это, а то, что, обрабатывая запрос, поисковики выдают на-гора и все написания в латинской графике. Нетрудно догадаться, что на иноязычных сайтах слово blog встречается несравненно чаще, чем vorobey. Некорректный эксперимент – вот мягкое, но справедливое название для такого «исследования».

Между тем интернет-среда – действительно источник языковых изменений и потенциально способна обогатить стили русского языка. Так, она уже дала целый пласт иронической лексики. Как ни странно (а это странно, потому что с собственной ироничностью у Кронгауза нормально), профессор не умеет последовательно отследить эту тенденцию, потому что слабо улавливает иронию жаргонизмов. Он рассуждает о сентиментальной окраске слова «ванилька», не понимая, что это ироническое обозначение девушки, которая силится быть незаурядной, оставаясь посредственностью. Он многословно пишет о жаргонизме «печалька», не фиксируя взгляд на том, что он глубоко ироничен. А ведь это как раз объективно существующая тенденция: ирония, наряду с позитивом, вошла в кровь современной культуры, смеховой, избегающей серьёзных выводов и чувств.

Собственно, сама книга Кронгауза – типичное постмодернистское высказывание. Увлёкшись игрой, трудно улавливать тенденции: этому явлению свойственны протяжённость и основательность. И потому книга, которая могла быть интересной и в которой даже есть разрозненные интересные мысли, оставляет унылое ощущение, будто вылавливать их пришлось из потока несуразностей.

Максим Кронгауз. Самоучитель олбанского. – М.: АСТ: CORPUS, 2013. – 416 с. – 5000 экз.


И в тему, Интерфакс:
«В интернет-пространстве пренебрежение грамотности стало практически нормой. Тот, кто соблюдает правила пунктуации, выглядит чуть ли ни белой вороной, а сленг соцсетей звучит за пределами интернет-пространства», — сказал Нарышкин, выступая на «круглом столе», посвященном предстоящему Дню русского языка в Доме приемов Госдумы в Москве в среду, передает «Интерфакс».
Нарышкин предложил участникам круглого стола подумать «подлежат ли эти проблемы регулированию и кто может выступить в качестве арбитра, что можно сделать, чтобы сохранить разнообразие и богатство русского языка».
* * *
* * *
[User Picture]
On June 5th, 2013 03:55 pm (UTC), masia84 commented:
Ну что тут скажешь )))
Велик могучим русский языка!
[User Picture]
On June 5th, 2013 03:59 pm (UTC), made_of_honor replied:
Особенно в исполнении отрыжкиных-кочерыжкиных и Интерfucksoff.
[User Picture]
On June 5th, 2013 04:05 pm (UTC), masia84 replied:
Интерfucksoff - это потрясающе )))))))))))))))))))))))))))))))))
Пацсталом, как говорят пАдонки )))))
[User Picture]
On June 5th, 2013 04:22 pm (UTC), made_of_honor replied:
Честно говоря, "пацсталом" я и сам студентам раза три говорил, пожалуй, единственное из этого "языка".
* * *

Previous Entry · Leave a comment · Share · Next Entry